Аркхимир [СИ] - Никита Бураковский

   Я молча смотрел на Фабера, не в силах поверить в то, что его не стало.

   Раздался очередной раскат грома, и нерешительно закапал дождь. Казалось, само небо оплакивает смерть этого человека, крупными слезами орошая его освобожденное от жизненного бремени и словно помолодевшее лицо. Я провел ладонью по челу дяди, закрывая его глаза и, посмотрев на него в последний раз, покрыл безжизненное теперь тело своим плащом.

   Дождь усиливался.

   - Он сказал, что любит вас - это были его последние слова, - прервал тишину, нарушаемую лишь тихим шумом падающих капель, спокойный голос, в котором, однако, чувствовалась тяжесть.

   Я поднял затуманенный взгляд на незнакомца - совершенно забыл про него - и мне показалось, будто в его ледяных глазах промелькнуло сочувствие.

   - Последнее, что я услышал, было - "да хранят вас Боги". Расслышать остальное было невозможно даже с такого расстояния, - медленно, еле шевеля одеревенелыми губами, проговорил я.

   - Я обладаю особым даром - мой слух обострен, - так же медленно проговорил чужак. - До сегодняшнего дня мне удавалось держать свою способность в секрете, но я скорблю о твоей утрате. Я знаю - ты не мог расслышать последних слов своего дяди, и с моей стороны было бы несправедливо не сказать их тебе...

   Не знаю почему, но я ему поверил.

   - Очень надеюсь, что ты не злоупотребишь этим доверием и сохранишь мою способность втайне, - добавил странный незнакомец, и я утвердительно кивнул.

   - Кто ты? - несмотря на наполнившую меня щемящую пустоту, я должен был узнать имя того, кто помог Фаберу и дал мне возможность попрощаться с ним.

   - Инквизитор третьего ранга, Следователь Солл, - небрежно доставая из-под сюртука шейную цепочку из черненого серебра и предъявляя мне медальон в виде грозного ока - символ его полномочий - представился франт. - А ты Никк, лидер клана Аструм, не так ли?

   Я коротко кивнул.

   - Позволь сказать тебе еще кое-что, Никк. - Я продолжал апатично смотреть на инквизитора. - Эти люди, - он пнул один из трупов в черном балахоне, - отступники.

   Сказав это, Солл пронзительно глянул прямо вглубь моих глаз, однако сейчас меня мало чем можно было удивить: я как будто воспринимал все сквозь толстую полупрозрачную пелену.

   Немного помолчав, он продолжил: - Подъезжая к деревне, я видел довольно большой конный отряд, удаляющийся от Ориго в противоположном, северо-западном направлении. Думаю, что это как раз и были атаковавшие селение люди. Если мы незамедлительно отправимся в погоню, то, возможно, у нас будет шанс их догнать. Надо узнать, почему они атаковали мирную деревушку.

   - Не только это, - пустоту в моем сердце начал медленно заполнять гнев. - Я должен отомстить за смерть дяди и всех погибших жителей! - сквозь зубы проговорил я, поднимаясь на ноги.

   В этот момент на площади, во главе с Руфусом и Бени, наконец появились мои люди. Сделав Соллу знак следовать за мной, я поспешил им навстречу.

   - Прости, Никк, мы не могли догнать тебя - многие улицы полностью перекрыли горящие остатки домов, - пророкотал Руф. - Что тут, разорви меня огры, произошло?!

   - Это нам вскоре предстоит узнать, - быстро проговорил я. - Где остальные?

   - Мелиор с Малишей вместе с другими бойцами и целителями ищут выживших...

   - Где отец?! - перебила его Бени, спрыгивая с лошади.

   Не в силах смотреть на нее, я опустил голову и, упершись взглядом в землю, молчал, не зная как сообщить сестре ужасную новость.

   - Никк! - ее голос звенел от тревоги.

   Я заставил себя поднять глаза, в которые она тут же впилась взглядом, пытаясь прочесть и одновременно боясь увидеть в них то, что мои губы никак не могли произнести.

   - С прискорбием вынужден сообщить вам: эрус Фабер пал смертью храбрых, защищая эту деревню и ее жителей от налетчиков, - услышал я сзади голос Солла. - Я пытался его спасти, но мне, к моему величайшему сожалению, это не удалось... - инквизитор замолчал.

   Не издав ни звука и не шелохнувшись, Бени продолжала смотреть на меня широко распахнутыми невидящими глазами, которые до краев наполнились дрожащей влагой. Я сделал несколько шагов вперед и крепко обнял ее. Девушка задрожала всем телом. А потом, порывисто обхватив меня обеими руками, уткнулась в мою грудь и залилась слезами.

   К горлу снова подкатил комок, а сердце просто разрывалось в груди. Ярость и гнев все больше охватывали меня. Прижимаясь губами к голове сестры, я еще крепче обнял ее, как бы пытаясь этим забрать хотя бы часть той боли, которая переполняла ее. Сотрясаемая рыданиями, Бени вся вжалась в меня и только тихо всхлипывала.

   Краем глаза я заметил, как Солл отозвал Руфуса в сторону, по пути что-то быстро говоря ему. Здоровяк внимательно слушал инквизитора и изредка кивал, а потом, подозвав одного из командиров, стал отдавать какие-то приказы. Судя по всему, мне больше не нужно было заботиться об организации преследования, и я мог немного побыть с сестрой.

   - Он просил меня позаботиться о тебе. Быть всегда рядом, - тихо проговорил я, отрывая губы от белокурой головы.

   Бени подняла на меня залитое слезами и дождем лицо.

   - Именно это он просил в самом конце? - немного заикаясь, спросила она.

   - Да. Но последними его словами было то, что он любит нас...

   - Он всегда думал только о нас, - девушка улыбнулась сквозь слезы, с новой силой заструившихся по ее щекам.

   - Он умирал счастливым, зная, что мы будем вместе и станем заботиться друг о друге, как делали это всегда, - я